Остров АзерАиды [Азер и Аида. Сотвори себе остров| - Гюльшан Лятифхан

Мы снова обнялись.

- Так какой цвет вам подобрать? Ты ведь не захочешь спать с мужем под отдельными одеялами, как это делают Айнур и Хадиджа? - хитро подмигнула мне она.

Счастливая, я засмущалась, и, потупив глаза, ответила:

- Тот голубой, цвет неба и моря, был чудным... Это цвет нашей недосягаемой мечты...

- Эх, дожить бы мне до возвращения Азера, увидеть бы мне вашу свадьбу и собственноручно приготовить тебе гуймак,*² горя бы не знала, - тяжело вздохнула бабушка.

- А почему ты именно сейчас затеяла всѐ это, нэнэ? - недоброе предчувствие начало, как змея, вползать в мою душу.

- Чтобы за приготовлением радостного и доброго, приблизить его приезд, - увильнула от ответа бабушка Ругия.

- Нэнэ, а ты будешь представлять qız evi*³ или oqlan evi*4 на нашей свадьбе? – не отставала от неѐ я.

В кои веки я получила возможность поговорить о запретном, разве можно было упускать эту возможность?

- Я буду, родная моя девочка, qiz evi, потому что у oqlan evi достаточно представителей...

Я вновь размечталась и с этими мечтами уснула, страстно желая увидеть Азера во сне ...

1. «Nənə qurban sizə! Mən xeyir duamı çoxdan verdim: Allah xoşbəxt eləsin sizi, ay bala!»

(азерб.) - «Да стану я вашей жертвой! Я давно уже благословила вас: Пусть

Всевышний ниспошлѐт вам счастье, дитя моѐ!»

2. гуймак (азерб.) - сладкое блюдо из жареной в масле муки, употребляемой с мѐдом или сахаром, корицей. По азербайджанской традиции этим высококалорийным блюдом угощают самые близкие родственники (предпочтительно, мать, бабушка или сестра) новобрачную после первой брачной ночи и родильницу в послеродовой период.

3. qız evi (азерб.) – здесь: родственники девушки (невесты)

4. oqlan evi (азерб.) – здесь: родственники парня (жениха)

Глава 51

Как интересно устроен человек, и что за чудо такое, это таинство сновидений! Наконец-то мне приснился Азер, я видела его во сне так ясно, как будто наяву. Он бежал ко мне через минное поле, а позади него взрывались мины, поднимая страшные клубы дыма. Холодея от ужаса, я кричала:

- Осторожно!

А Азер уже почти добежал до меня, и осталось-то ему перейти неглубокую канавку, как вдруг он остановился.

- Прыгай! – взмолилась я, а он в изнеможении опустился на траву и тихо сказал:

- Я опоздал....

Я проснулась вся в холодном поту и стала звать бабушку Ругию, которая была мастерицей разгадывать сны, но она отчего-то не отвечала и не подходила ко мне. «Наверное, совершает намаз», - решила я. Я вскочила с постели и прямо в пижаме побежала к ней в комнату. Но бабушки не было в комнате, а молитвенный коврик еѐ был аккуратно сложен на тумбочке. Кровать еѐ была, как всегда, безупречно застелена. Я посмотрела на часы: половина двенадцатого. Ну и проспала же я! Неудивительно, что бабушки нет в комнате, она, конечно же, на кухне или на балконе.

Но еѐ не было и на кухне. Гадая, где же она может быть, я машинально заглядывала в тарелки и кастрюли на плите. На плите стояла кастрюлька с моим любимым блюдом – хашилом, *¹ которую бабушка любовно закутала в полотенце, а на столе вазочка с тутовым дошабом.*²

«Она не дождалась меня к завтраку», - расстроилась я, зная, что хашил обычно бабушка готовит рано утром. На кухне стоял какой-то знакомый аромат, щекоча мне ноздри, но это был не аромат хашила. Я заглянула в духовку: так и есть, бабушка уже успела приготовить долму*³ из баклажанов, болгарских перчиков и помидоров, и положила огромную чугунную сковородку с обедом в духовку. Но меня настораживал не запах долмы, а какой-то посторонний специфический пряно-сладкий аромат, и я не могла понять, о чѐм он мне напоминает.

Я выглянула на балкон и увидела на маленьком столике целую кастрюлю ароматной халвы*4, которую готовят, поминая усопших по четвергам. Так, вот в чѐм дело! Но с какой стати? «Сегодня же четверг!» - ужаснулась я, зная привычку бабушки Ругии навещать могилу покойного супруга по четвергам. «Неужели бабушка отправилась на кладбище одна?»

Я позвонила тѐте Фатиме, та, в свою очередь, – моему отцу, и уже через двадцать минут мы обе сидели в отцовской служебной машине, которая мчала нас в сторону кладбища у Волчьих Ворот.

1. хашил (азерб.) – густая каша из муки с маслом, мѐдом и сахаром 2. дошаб (азерб.) – густо уваренный сок винограда или тута 3. долма (азерб.) – блюдо азербайджанской кухни, имеет множество разновидностей, здесь: демьянки (баклажаны), перец и помидоры, начинѐнные мясным фаршем 4. халва – блюдо- десерт к чаю, которое в Азербайджане обязательно подают на поминках, а также готовят на годовщину умерших и при поминовении усопших.

Глава 52

У кладбища в четверг было многолюдно: в тени деревьев на камнях сидели моллы с чѐтками в руках, готовые по зову посетителей прочитать молитвы за упокой душ их усопших родственников, недалеко от них цветочники разложили огромные кадки с цветами, а поодаль стояли чернорабочие и нищие в ожидании милостыни. Мы купили большую охапку алых гвоздик.

Завидев нас, знакомый молла*¹ Гурбанали, обслуживающий нашу семью со дня смерти дедушки Ибрагима и знающий всех нас в лицо, подошѐл к нам.

- Салам Алейкум, - поздоровался он.

- Алейкум ас-Салам, - ответили мы хором.

- Молла ами, а наша мама не приходила сюда сегодня?– спросила моллу тѐтя Фатя.

- А она ещѐ здесь, - охотно ответил молла Гурбанали, и начал подробное повествование о том, как он прочитал по просьбе бабушки молитвы еѐ умершим, и как после этого она выразила желание посидеть в одиночестве у могилы покойного супруга.

- Я отошѐл от неѐ минут тридцать назад, - сказал он.

- А может быть, она вышла, и вы не заметили еѐ? – предположил шофѐр моего отца, стоявший рядом с нами.

- Этого не может быть, - уверенно ответил молла, - я ведь не отлучался, а обратно она не возвращалась.

Мы молча и торопливо шли по знакомым дорожкам в сторону дедушкиной могилы в сопровождении моллы Гурбанали, и отвратительное чувство вины переполняло нас за то, что бабушка пошла на кладбище одна. Хотя никто из нас никогда не посмел бы отказать бабушке в просьбе проводить еѐ на могилу к супругу. Так почему же сегодня она пожелала прийти сюда одна?